№ 70
(1442)
16 апреля
2004 года

ПЕРЕЙТИ К НОМЕРУ
духовное пространство
Белла Ахмадулина: Да не разбудит страх вас среди ночи
Беседовала Анна ТКАЧ.

    
Известную поэтессу Беллу Ахмадулину называют королевой, "сокровищем" русской поэзии, единственной и неповторимой. Белла Ахатовна была поклонницей Марины Ивановны Цветаевой. Обстоятельства жизни Ахмадулиной сложились так, что она дружила с младшей сестрой Марины Цветаевой - Анастасией Ивановной. Все это очень повлияло на ее творчество. Сама себя поэтесса знаменитой не считает. "Я была бы совсем глупа, если собирала бы эпиграммы, послания и портреты в свою честь для потомков, - сказала она в интервью. - Это все косвенно касается меня Люди просто так выражают свою доброту, свой талант". Белла Ахмадулина сейчас не дает интервью. Она сама мне об этом сказала, когда я позвонила ей в преддверии ее дня рождения. Правда, отвечая на мой вопрос о том, какие подарки ей дороги, Белла Ахатовна втянулась в беседу. И даже рассказала нам эксклюзив, о котором раньше ни одной газете не говорила.
- Белла Ахатовна, есть такие подарки, которые запомнились вам на долгие годы?
- Один подарок мне действительно запомнился надолго. Это был 80-й - трудный год. Война в Афганистане, гонения на Андрея Сахарова... (Справка от "ПГ": А.Д. Сахаров, физик, общественный деятель, академик АН СССР. Выполнил основные расчеты, которые были использованы при создании водородной бомбы (1953 г.). С конца 50-х гг. активно выступал за прекращение испытаний ядерного оружия. В 1975 г. удостоен Нобелевской премии мира. После выступления против ввода советских войск в Афганистан в январе 1980 г. лишен всех государственных наград и выслан в г. Горький, где находился шесть лет.)
Я тогда выступила в защиту Сахарова в одной американской газете. Вдруг в это время совершенно неожиданно получаю от геолога с Крайнего Севера необычный подарок: красные жесткие волосы мамонтенка, который погиб в ледниковый период. Меня эти волосы опечалили. "Ну почему он погиб, бедный?" - думала я.
Жену Сахарова тогда еще не сослали в Горький. Она находилась в Москве. И я, получая от людей письма, посвященные Сахарову, уничтожала на них обратный адрес и отдавала их жене, чтобы они не думали, что одиноки. В этих письмах были пожелания здоровья, мужества. И вот я передаю их Елене Георгиевне (жене Сахарова), а еще свою любимую иконку в придачу. А она грустно так говорит: "Зачем ему икона? Он не верит в Бога!" "Да он сам такой. Ему можно" - тогда ответила я ей. Действительно, он шел на распятие за свои идеи. И вдруг Елена Георгиевна говорит: "Он любит мамонтенка". (От "ПГ": Андрей Сахаров очень интересовался археологическими раскопками.)
Борис (муж Ахмадулиной, художник Борис Мессерер) помчался к нам домой на Поварскую за этими волосами мамонтенка. Я передала их жене Сахарова. И потом ответила геологу: "Я благодарю вас за бесценный подарок. Мне грустно, но я отдала его тому человеку, который сейчас более всего нуждается в любви. Геолог мне ответил в письме: "Я все понял". Тогда вся страна переживала за Андрея Дмитриевича, так что было нетрудно догадаться, о ком я говорю.
Я про этот случай никому не рассказывала, так что вы первые, так и напишите (смеется). Такие письма и подарки драгоценные представляют собой огромную ценность. Благодаря им понимаешь, что вокруг далеко не все злодеи.
- А что вас радует сегодня в жизни?
- Все изъявления доброты, которые я увижу где угодно. В мире много жестокости, но мне довелось увидеть и много доброты. Иногда, когда людям казалось, что мне плохо живется, то мне приносили домой что-то из еды. Знаете, мне иногда кажется, все, что люди для меня делали - подарки, письма, портреты, это не имеет прямого отношения ко мне. Это просто изъявления их таланта и доброты. Однажды мать заключенного, который был тяжело виноват и осужден на долгий срок, привезла мне корзинку подарков. Это все, что было приобретено им на деньги, заработанные своим трудом в колонии. Мне было очень странно, что пожилая женщина привезла специально для меня корзинку с цветами, конфетами, шампанским. Между тем этот человек, ее сын, совершил ужасное преступление. Наверное, ему какое-то слово мое запало в душу. Не знаю, почему он так проникся ко мне. Такие подарки очень ценные.
- Вы сейчас много пишете?
- Я всегда много пишу. Много сочиняю. Не хотелось бы об этом. Не жалуюсь ни на что, но я не могу читать. И воспринимаю это как тяжелое испытание, рок. Это разлука с письмами. Я не вижу букв, цифр. Конечно, мою посуду, гуляю с собакой. Могу гладить книги, но не могу их прочесть. Это сильное переживание. Пока я все равно сочиняю. Когда находилась в больнице, я писала фломастерами большими буквами. Но теперь и это уже не могу видеть. Мой муж Борис Мессерер с трудом расшифровывает, что я написала. Поэтому он записывает с моих слов (пауза). Мы что-то пишем печальную историю. Давайте лучше о другом.
- Давайте.
- Мой муж сейчас читает мне одну книгу вслух. Это книга Вадима Туманова "Все потерять, чтобы вновь начать с мечты". Вадим - ближайший друг Володи Высоцкого, наш друг с Борисом. Он не писатель. Сначала он был моряком, потом сидел в тюрьме незаслуженно, потом работал геологом на приисках. Знаете, что меня поразило в этой книге? Это шедевр человеческой доблести. Лагерные воспоминания вообще в принципе представляют ценность. А она еще и о том, как человек, не будучи подготовлен к страшным обстоятельствам, сохраняет честь, достоинство.
- В этой книге есть его воспоминания о Высоцком?
- Да, они вместе с Вадимом путешествовали, участвовали в экспедициях это что-то связано с золотыми приисками. Высоцкий любил таких людей. У Володи был острый взгляд на жизнь. И ему были близки люди простые, честные, благородные, далекие от светских московских развлечений.
На все вопросы Белла Ахатовна отвечает как будто бы с грустной улыбкой. Хотя и не вижу выражения ее лица, но чувствую, что она немного улыбается. И когда разговариваешь с таким человеком, то ненароком боишься задеть и оскорбить его душу. Такой нежной и ранимой она кажется. Со своим глубоким внутренним миром, огромной добротой. Больше я не хочу ничего добавлять. Только стихи. В них звучит своя мелодия. Недаром не один романс сочинен на стихи Ахмадулиной.


По улице моей который год
звучат шаги -
мои друзья уходят.
Друзей моих
медлительный уход
той темноте за окнами угоден.

Запущены
моих друзей дела,
нет в их домах
ни музыки, ни пенья,
и лишь, как прежде,
девочки Дега
голубенькие
оправляют перья.

Ну что ж, ну что ж,
да не разбудит страх
вас, беззащитных,
среди этой ночи.
К предательству
таинственная страсть,
друзья мои, туманит ваши очи.

О одиночество,
как твой характер крут!
Посверкивая
циркулем железным,
как холодно
ты замыкаешь круг,
не внемля
увереньям бесполезным.
Так призови меня
и награди!
Твой баловень,
обласканный тобою,
утешусь,
прислонясь к твоей груди,
умоюсь твоей стужей голубою.

Дай стать на цыпочки
в твоем лесу,
на том конце
замедленного жеста
найти листву,
и поднести к лицу,
и ощутить сиротство,
как блаженство.

Даруй мне тишь
твоих библиотек,
твоих концертов
строгие мотивы,
и - мудрая -
я позабуду тех,
кто умерли или доселе живы.

И я познаю мудрость и печаль,
свой тайный смысл
доверят мне предметы.
Природа,
прислонясь к моим плечам,
объявит
свои детские секреты.
И вот тогда -
из слез, из темноты,
из бедного невежества былого
друзей моих
прекрасные черты
появятся и растворятся снова.

* * *
А напоследок я скажу...
А напоследок я скажу:
Прощай, любить не обязуйся.
С ума схожу. Иль восхожу
К высокой степени безумства.
Как ты любил?
Ты пригубил к погибели.
Не в этом дело.
Как ты любил?
Ты погубил.
Но погубил так неумело.

Так напоследок я скажу...
Работу малую
висок еще вершит,
Но пали руки,
и стайкою, наискосок,
Уходят запахи и звуки.

А напоследок я скажу:
Прощай. Любить не обязуйся.
С ума схожу. Иль восхожу
К высокой степени безумства.
А напоследок я скажу...


Версия для печати
Ваше мнение о данной статье

Кто вы?
Как с вами связаться?
Ваше мнение: